Юлечку сыграла совершенно очаровательная молодая Светлана Смирнова. И
сыграла свежо, наивно и искренне.
Один замечательный наш режиссер, прочитав "потаенную пьесу" сказал, что
ему не понятно, почему Юля вдруг полюбила своего мужа.
Ну что тут скажешь? Во-первых, почему именно нужно все всегда понимать? Не
полезнее ли иногда довериться автору? В данном случае Чехову?
Хотя в этом непонимании, крайне символичном, ничего необычного нет.
Известно, что Чехову очень не нравилась трактовка образа Тригорина в
первых спектаклях "Чайки", где его играл Станиславский. Чехов возмущался:
"У меня Тригорин говорит, что у него нет воли, а Алексеев понял это
по-своему и играет Тригорина каким-то расслабленным идиотом!"
Ну а как же решил эту сложную тему Любшин? У него почему Юля вдруг
влюбляется в мужа? Большей частью у Любшина Юля свыкается. И с этим трудно
согласиться. Не влюбляются свыкнувшись, а влюбившись свыкаются. Это да.
Ведь Юля в финале пьесы влюблена нежно, трепетно, как бы впервые.
Дело скорее всего не в том. Несмотря на блестящие актерские работы.
Любшина в первую очередь. Вообще Лаптев - очень сложный для актерской
трактовки образ. Это - будущий Лопахин в "Вишневом саде". Вплоть до
отдельных текстуальных совпадений! Хотя нужно признать, что Лопахин в
"Саде" конспективен по сравнению с прекрасно разработанным Лаптевым. Ну,
понятно, тут же повесть. И сразу возникает вопрос - почему Антон Павлович
уделил так много места разработке "вырождающегося" купца. В чем, как
говорится, "сенс"? В чем "цимус"? Вырождается Лаптев? Ну и пусть себе
вырождается! Туда ему и дорога! Зачем же окружать его Юлечкой, Ярцевым,
Костей, Рассудиной, братом Федором?
Как актер свою роль, роль Лаптева, Любшин повел в целом правильно. Его
герой симпатичен, обаятелен, интеллигентен. Но есть и одна ошибка, ошибка
режиссерская, постановочная - он слишком меланхоличен, он как бы заранее,
с первых кадров фильма обречен, знает, к чему идет дело. К "вырождению".
Но ведь в повести этого нет! Лаптев с первых страниц, а потом в двух
третях этой повести импульсивен, порывист, жив, впечатлителен. Он смеется
и откровенничает с сестрой, откровенничает с Панауровым, пишет чисто
восторженное письмо в Москву Косте. Таковы же по преимуществу и московские
его дни.
На Любшина-режиссера, похоже, слишком кое-где надавили. Нет, не в
инстанциях. Думается, в литературной и киношной среде.К сожалению и у
наших крупнейших исследователей творчества Чехова - у Вал. Катаева,
Чудакова, Паперного, Бялого, Громова, Бердникова, Зингермана, Рынкевича,
Гейдеко, Туркова именно повесть "Три года" рассмотрена скупо.
В самом деле, редко кому удавалось заглянуть в душу писателя, не
оставившего никаких черновиков. Даже Горький и Бунин, современники, дав
действительно проницательные оценки написанного им, поразительно дополняют
друг друга. Но не наше представление о личности автора. Любшина в первую очередь. Вообще Лаптев - очень сложный для актерской
трактовки образ. Это - будущий Лопахин в "Вишневом саде". Вплоть до
отдельных текстуальных совпадений! Хотя нужно признать, что Лопахин в
"Саде" конспективен по сравнению с прекрасно разработанным Лаптевым. Ну,
понятно, тут же повесть. И сразу возникает вопрос - почему Антон Павлович
уделил так много места разработке "вырождающегося" купца. В чем, как
говорится, "сенс"? В чем "цимус"? Вырождается Лаптев? Ну и пусть себе
вырождается! Туда ему и дорога! Зачем же окружать его Юлечкой, Ярцевым,
Костей, Рассудиной, братом Федором?
Как актер свою роль, роль Лаптева, Любшин повел в целом правильно. Его
герой симпатичен, обаятелен, интеллигентен. Но есть и одна ошибка, ошибка
режиссерская, постановочная - он слишком меланхоличен, он как бы заранее,
с первых кадров фильма обречен, знает, к чему идет дело. К "вырождению".
Но ведь в повести этого нет! Лаптев с первых страниц, а потом в двух
третях этой повести импульсивен, порывист, жив, впечатлителен. Он смеется
и откровенничает с сестрой, откровенничает с Панауровым, пишет чисто
восторженное письмо в Москву Косте. Таковы же по преимуществу и московские
его дни.
На Любшина-режиссера, похоже, слишком кое-где надавили. Нет, не в
инстанциях. Думается, в литературной и киношной среде.К сожалению и у
наших крупнейших исследователей творчества Чехова - у Вал. Катаева,
Чудакова, Паперного, Бялого, Громова, Бердникова, Зингермана, Рынкевича,
Гейдеко, Туркова именно повесть "Три года" рассмотрена скупо.
В самом деле, редко кому удавалось заглянуть в душу писателя, не
оставившего никаких черновиков. Даже Горький и Бунин, современники, дав
действительно проницательные оценки написанного им, поразительно дополняют
друг друга. Но не наше представление о личности автора.
Так что же смущает в повести? И исследователей, и постановщиков?
Отсутствие концепции? Нет, концепция есть, она на виду, она вопиет со
страниц: богатые люди, купцы, поклоняющиеся Молоху, быстро вырождаются и
даже громадные деньги не приносят им счастья.
Все верно, все так. Но уж слишком все на виду. Стоило ли городить огород,
писать такую большую повесть
23.09.2009
[ <<< назад к списку ]
