Отказываясь «додумывать за автора», отказываясь выходить за пре¬делы очерченной автором сферы, Смоктуновский обживал буквально каждый миллиметр авторского пространства. Раскладывая и проверяя текст роли по фразам, по словам, по буквам, Смоктуновский выстраи¬вал и создавал своего героя в мельчайших подробностях, автором не выписанных и не указанных: шаг за шагом, деталь за деталью, подроб¬ность за подробностью, волосок к волоску, преодолевая сопротивле¬ние материала. На сцене Иннокентий Смоктуновский создавал своих героев в их телесном и зримом воплощении, в своих тетрадях он при¬думывал своих героев, выстраивал логику их поступков, переживаний, кардиограмму их чувств, движение мыслеобразов. Идя подряд по его записям, в ходе разворачивания образа, создаваемого артистом, у чи¬тателя его тетрадей возникает чувство соприсутствия: постепенно бледный туманный образ наливается живой кровью, начинаешь ощу¬щать биение пульса, движение крови.
Актерские тетради Смоктуновского сохранили этот путь постепен¬ного воссоздания образа Дорна, Иванова, Иудушки. Но сохранили и другое: отношения артиста с каждым из его персонажей.
* * *
В тетрадке с ролью Мастера («Бал при свечах» М. Булгакова) есть не¬ожиданное сравнение:
«Растроение.
Аналогия с существованием актера (на сцене) в момент творчества.
1. Я
2. Образ
3. Мой глаз со стороны на „нас" 1, 2».
Схематично пометки Смоктуновского можно разделить на три не¬равные группы.
Одна группа пометок посвящена общим вопросам: анализу особен¬ностей авторского стиля, композиции пьесы, сверхзадаче будущего спектакля. В заметках этой группы Смоктуновский «вписывает» свой персонаж в контекст общего авторского замысла, в контекст будущего спектакля. В записях этой группы Смоктуновский рассматривает своего героя как персонаж определенного литературного произведения. И для Смоктуновского важно его место в структуре этого произведения, важ¬ны законы, по которым создан и существует этот образ, важны художе¬ственные функции, которые он выполняет в пьесе и их связь со сверх¬задачей будущего спектакля. Ему важно уловить и сформулировать эстетическую систему координат, в которой существует его герой.
Можно сравнить записи артиста о Чехове, Достоевском и Салтыко¬ве-Щедрине (важно, что это не специальные размышления об этих пи¬сателях, но заметки на полях ролей Иванова и Иудушки Головлева):
«Чехов — вне настроений человека — непонятен». «Сыграть Чехова только словами — это значит совсем не сыграть его». «Чеховские персонажи — точ¬ные, уникальные и очень живые типы — живые, но типы».
«Произведения Достоевского всегда начинаются с 5-го акта по накалу».
«Салтыков-Щедрин — разница между тем, как его играют, и тем, как его можно и нужно жить». «Если и eсtь, чем можно удивить, то, как эту остроту сделать жизнью». «Жестокость, жестокость, еще раз жестокость». «Щедрин жесток, значит, это не наше изобретение. Онa (жестокость) была уже тогда».
«Достоевский — это сгустки, но сгустки высот духа и духовности. Щед¬рин — это компания, лишенная каких-либо духовных качеств и связей».
Определяя для себя стилевые особенности писателей, Смоктунов¬ский стремится дать не «литературные» и искусствоведческие, а «дей¬ственные», «рабочие» определения, которые диктовали манеру игры или способ взаимодействия с персонажем. К примеру, определение персонажей — «живые, но типы» — помогает в выборе приемов подхо¬да к роли. Играть не уникального человека, но искать в нем типич¬ность, подчеркивать его связь с определенным специфическим соци¬альным и психологическим слоем людей.
Записи Смоктуновского, характеризующие те или иные стилевые особенности автора, авторской манеры письма или композиции пьесы, не многочисленны, но их присутствие в рабочих тетрадках обязатель¬но, и большей частью они выносятся на значимые «обложечные» места.
Можно сказать, что, приступая к работе над ролью, Смоктуновский начинал с определения «сверхзадачи» будущего спектакля, шел от об¬щей трактовки к решению своей роли. Если Михаил Чехов, по его соб¬ственному свидетельству, в начале работы концентрировал внимание исключительно на роли, писал, что «только в самой последней стадии работы начинается осознание пьесы в целом», то для Смоктуновско¬го необходимо понять и сформулировать общие задачи постановки, и только после этого — сверхзадачу роли.
09.09.2009
[ <<< назад к списку ]
